Elizabeth F. Loftus, John C. Palmer · 1974

Эксперимент Лофтус и Палмера с автомобильной аварией

Может ли формулировка одного-единственного вопроса изменить то, как свидетели оценивают увиденную аварию, а потом и то, как они её помнят?

  • Вашингтонский университет, Сиэтл
  • Оспаривается

Вопрос

Свидетелей аварий постоянно спрашивают о скорости. Элизабет Лофтус и Джон Палмер из Вашингтонского университета заподозрили, что ответ может отчасти зависеть от того, как задан вопрос. Они хотели выяснить две вещи. Сдвигает ли формулировка вопроса оценку свидетеля? И если да, то дело только в том, как люди отвечают, — или вопрос действительно меняет то, что они потом помнят?

Как это было устроено

Эксперимент 1. Сорок пять студентов посмотрели семь коротких роликов о дорожных авариях, каждый длиной от 5 до 30 секунд, — фрагменты учебных фильмов для автошкол. После каждого ролика они описывали увиденное, а затем отвечали на несколько вопросов. Главный из них звучал примерно так: с какой скоростью ехали машины, когда они «ударились» (hit) друг о друга? Для разных групп по девять студентов глагол заменяли на «врезались» (smashed), «столкнулись» (collided), «стукнулись» (bumped) или «соприкоснулись» (contacted). Больше ничего не менялось.

В четырёх роликах были постановочные столкновения на известной скорости (20, 30, 40 и 40 миль/ч), что позволяло сравнить оценки с реальностью.

Эксперимент 2. Новая группа из 150 студентов посмотрела один ролик короче минуты, в котором показывалась авария с участием нескольких машин, длившаяся около четырёх секунд. Затем они описали аварию и ответили на вопросы. Пятьдесят человек спросили, с какой скоростью ехали машины, когда «врезались» друг в друга, пятьдесят — когда «ударились», а ещё пятьдесят о скорости не спрашивали вовсе.

Через неделю студенты вернулись и, не пересматривая ролик, ответили ещё на десять вопросов. Среди них был спрятан простой вопрос: видели ли вы разбитое стекло? В фильме его не было.

Что получилось

Глагол сдвигал цифры. Средние оценки скорости в эксперименте 1 росли вместе с силой глагола:

Различие было статистически значимым. Кроме того, люди плохо оценивали реальную скорость: столкновения, снятые на 20 и на 40 милях в час, получили похожие оценки — примерно от 36 до 40 миль/ч. Авторы заключили, что формулировка вопроса объясняла разброс оценок гораздо лучше, чем фактическая скорость.

Глагол «подбросил» стекло. В эксперименте 2 группа «врезались» снова назвала более высокую скорость, чем группа «ударились» (10,46 против 8,00 миль/ч). Через неделю 16 из 50 человек в группе «врезались» сказали, что видели разбитое стекло, против 7 из 50 в группе «ударились» и 6 из 50 в группе, которую о скорости не спрашивали. В долях это 32 % против 14 %.

Этот результат был важнее. Лофтус и Палмер отмечали, что данные о скорости могли отражать просто смещение ответов: не уверенные в себе люди склонялись к цифре, которую подсказывал глагол. Вопрос о стекле касался совсем другого и задавался через неделю. И даже при сравнении людей, назвавших сходную скорость, те, кто слышал «врезались», всё равно чаще сообщали о стекле.

Их объяснение состояло в том, что память соединяет два вида информации: то, что человек воспринял в момент события, и то, что он узнал потом. Со временем они сливаются, и люди уже не могут сказать, какая деталь откуда взялась. По словам авторов, «у нас есть лишь одно „воспоминание“». Вопрос, в котором машины «врезались», добавляет представление о сильном ударе, а при сильном ударе разбитое стекло кажется вероятным.

Как всё было на самом деле (повторения и критика)

Эффект глагола не так прочен, как подсказывает его слава. Исследование 1974 года цитируют очень широко, но эффект скорости воспроизвести оказалось непросто. В статье 2024 года Кевин Холмс, Лена Кассин и Стивен Флусберг перечисляют более ранние попытки: одни не нашли разницы между «врезались», «ударились» и «стукнулись» (Рид с коллегами, 1978; Макаллистер с коллегами, 1988; Рагхунатх с коллегами, 2021), другие нашли эффект лишь в определённых условиях — например, при незнакомой обстановке аварии или у учеников 7–8-х классов, но не у младших детей и не у студентов колледжей.

Затем Холмс и коллеги провели три предрегистрированных онлайн-исследования с 1204 участниками из США, которые смотрели 9-секундный ролик со столкновением двух машин. Общего влияния глагола на оценку скорости они не нашли — даже при сравнении самой крайней пары, «врезались» и «соприкоснулись». Разведочный анализ показал, что эффект был слабее у тех, кто сначала писал более длинное описание аварии, а также у тех, кто видел бо́льшую разницу в тяжести между двумя глаголами. Эти намёки ещё предстоит проверить. О разбитом стекле в этих исследованиях не спрашивали, так что второй, более важный результат 1974 года в сопоставимом масштабе пока не проверялся.

Большое прямое повторение сразу в нескольких лабораториях предложили Цваан и Эрланд при поддержке Лофтус; в сентябре 2025 года оно всё ещё ждало финансирования.

Эффект дезинформации держится лучше. Исследование 1974 года стало одним из основополагающих экспериментов гораздо более широкой исследовательской программы. В 1978 году Лофтус, Д. Г. Миллер и Х. Дж. Бёрнс показали 195 студентам слайды, на которых машина останавливалась у знака «Стоп» или у знака «Уступите дорогу», а затем части из них задали вопрос, где упоминался не тот знак. Когда позже нужно было выбрать один из двух слайдов, те, кто получил точную информацию, выбирали правильный в 75 % случаев, а введённые в заблуждение — лишь в 41 %. Позднее Лофтус определила эффект дезинформации как изменение рассказов о воспоминаниях, обычно в худшую сторону, после вводящей в заблуждение информации. Недавнее повторение, проведённое Серой Вихерт и коллегами (Лофтус была в числе соавторов), снова показало, что введённые в заблуждение участники реже выбирали правильный знак.

Воспоминания о целых событиях. В 1995 году Лофтус и Жаклин Пикрелл пошли дальше. С помощью родственника каждого участника они рассказали 24 людям о трёх реальных событиях из их детства и об одном выдуманном: о том, как они потерялись в торговом центре. Шестеро из них (25 %) затем сообщили о полном или частичном воспоминании о выдуманном событии. Авторы представили это как доказательство того, что такие воспоминания могут возникать, а не как оценку того, насколько часто это бывает.

В предрегистрированном повторении, которое Джиллиан Мерфи с коллегами провела в Ирландии (2023) на 123 участниках, было решено, что к последнему интервью ложное воспоминание сложилось у 35 %, в основном частичное. Однако лишь 14 % участников сами сказали, что помнят это событие, а ещё 52 % — что верят, будто оно было.

Этот разрыв сейчас в центре живого спора. Проанализировав стенограммы заново, Бернис Эндрюс и Крис Брюин (2024) обнаружили, что люди, у которых якобы были ложные воспоминания, в среднем припоминали меньше двух из шести подсказанных деталей, многие так ни разу прямо и не вспомнили, что терялись, а примерно половина описывала переживания, которые могли быть реальными и которые можно было отличить от выдуманного события. По их более строгим критериям доля ложных воспоминаний падала примерно до 4 %. Уэйд, Лофтус и коллеги (2025) ответили, что память реконструктивна, поэтому ложное воспоминание естественным образом смешивает реальные фрагменты с подсказанным и что даже низкая доля важна на практике. Другие исследователи (Жофия Сойка с коллегами, 2025) утверждают, что кодирование ложных воспоминаний слишком ненадёжно, а история о том, как ребёнок потерялся в торговом центре, слишком правдоподобна, чтобы многое сказать о ложных воспоминаниях о более редких и серьёзных событиях.

Совсем без подсказок. Тоже в 1995 году Рёдигер и Макдермотт возродили метод, предложенный Дизом в 1959 году. Люди слушали списки вроде стол, сидеть, ножки, сиденье, мягкий, парта… — все слова связаны со словом, которое ни разу не прозвучало: стул. Позже они вспоминали отсутствующее слово в 40 % случаев, а в тесте на узнавание «узнавали» его в 84 % случаев — почти так же часто, как слова, которые действительно слышали. Эта методика DRM показывает, что память может порождать уверенные ошибки на одних лишь ассоциациях, без всяких наводящих вопросов.

Этика

В исследовании 1974 года был мягкий обман: насколько можно судить по статье, участникам не говорили, что настоящим предметом изучения была формулировка одного из вопросов, а вопрос о разбитом стекле проверял память о том, чего никогда не было. Разъяснительная беседа в статье не описана. Фильмы были стандартными учебными материалами для автошкол, признаков стресса нет. Сходный план исследования сегодня почти наверняка одобрили бы — с разъяснительной беседой в конце.

Метод «потерявшихся в торговом центре» вызывает более серьёзные вопросы, потому что опирается на родственников, которые помогают убедить участников в чём-то ложном об их собственном детстве. В повторении 2023 года с участниками провели разъяснительную беседу, и когда им сказали, что одна из историй выдумана, 85 % из них правильно указали на историю о торговом центре.

Что это значит сегодня

Лучше всего подтверждён общий урок: память перестраивается каждый раз, когда мы что-то вспоминаем, а информация, поступающая позже, — из вопросов, разговоров или новостей, — может в неё вплетаться. Именно поэтому исследование 1978 года со знаками и многие последовавшие за ним работы повлияли на то, как исследователи думают о полицейских допросах и показаниях очевидцев.

Более узкое утверждение — что один глагол надёжно прибавляет к оценке свидетеля около 9 миль/ч — сейчас под вопросом.

Отсюда следуют несколько практических привычек, хотя они выходят за рамки того, что проверяли эти исследования:

А вы бы прошли проверку?

Скоро. Посмотрите короткое анимированное столкновение и оцените скорость; глагол в вопросе выбирается случайно. Позже вас спросят, что вы видели, а в конце вы увидите свои ответы рядом с результатами 1974 года и повторений 2024 года. Одна оговорка: если вы знаете, о чём эксперимент, его эффект, скорее всего, будет гораздо слабее.

Частые вопросы

Что показал эксперимент Лофтус и Палмера с автоаварией?

Люди смотрели фильмы о дорожных авариях, а затем их спрашивали, с какой скоростью ехали машины, когда они «врезались», «столкнулись», «стукнулись», «ударились» или «соприкоснулись» друг с другом. Оценки росли вместе с силой глагола: от 31,8 миль/ч для «соприкоснулись» до 40,8 миль/ч для «врезались». Во втором эксперименте тех, кому задавали вопрос с «врезались», через неделю более чем вдвое чаще уверяли, что видели разбитое стекло, хотя его не было.

Удалось ли воспроизвести эксперимент Лофтус и Палмера?

Результаты неоднозначны. Ряд более поздних исследований не нашёл влияния глагола на оценку скорости или нашёл его лишь в отдельных группах и условиях. В 2024 году три предрегистрированных онлайн-исследования с 1204 участниками не выявили общего эффекта. Более широкий вывод — что вводящая в заблуждение информация, полученная после события, может менять рассказы о нём, — выдержал проверку гораздо лучше.

Что такое эффект дезинформации?

Это изменение того, что люди сообщают о своих воспоминаниях, — обычно в худшую сторону — после того, как они получили вводящие в заблуждение сведения о событии. В классическом исследовании 1978 года люди, которым упомянули не тот дорожный знак, выбирали правильный знак в 41 % случаев, а те, кто получил точную информацию, — в 75 %.

Что за исследование «потерявшихся в торговом центре»?

В 1995 году Элизабет Лофтус и Жаклин Пикрелл с помощью родственников рассказали 24 участникам выдуманную историю о том, как те в детстве потерялись в торговом центре; шестеро из них стали сообщать о полном или частичном воспоминании об этом. В предрегистрированном повторении 2023 года в Ирландии таких оказалось 35 %, но в повторном анализе 2024 года утверждалось, что настоящих ложных воспоминаний было гораздо меньше, и спор продолжается.

Источники

  1. Loftus, E. F., & Palmer, J. C. (1974). Reconstruction of automobile destruction: An example of the interaction between language and memory. Journal of Verbal Learning and Verbal Behavior, 13(5), 585–589. doi:10.1016/S0022-5371(74)80011-3
  2. Loftus, E. F., Miller, D. G., & Burns, H. J. (1978). Semantic integration of verbal information into a visual memory. Journal of Experimental Psychology: Human Learning and Memory, 4(1), 19–31. doi:10.1037/0278-7393.4.1.19
  3. Loftus, E. F., & Pickrell, J. E. (1995). The formation of false memories. Psychiatric Annals, 25(12), 720–725. doi:10.3928/0048-5713-19951201-07
  4. Roediger, H. L., III, & McDermott, K. B. (1995). Creating false memories: Remembering words not presented in lists. Journal of Experimental Psychology: Learning, Memory, and Cognition, 21(4), 803–814. doi:10.1037/0278-7393.21.4.803
  5. Loftus, E. F. (2005). Planting misinformation in the human mind: A 30-year investigation of the malleability of memory. Learning & Memory, 12, 361–366. doi:10.1101/lm.94705
  6. Holmes, K. J., Kassin, L., & Flusberg, S. J. (2024). When does suggestive language shape memory for car accidents? Assessing the role of elaboration and pragmatics in a classic framing effect. Proceedings of the Annual Meeting of the Cognitive Science Society, 46. escholarship.org/uc/item/0wk430xs
  7. Wiechert, S., Verschueren, A., Ben-Shakhar, G., Pertzov, Y., Loftus, E. F., & Verschuere, B. (2026). The misinformation effect: A contemporary replication and extension of Loftus et al. (1978) to investigate its underlying mechanisms. Journal of Experimental Psychology: Learning, Memory, and Cognition, 52(7), 1225–1241. doi:10.1037/xlm0001529
  8. Zwaan, R. (2025, September 8). Memory, misinformation, and the need to replicate. Substack. rolfzwaan.substack.com/p/memory-misinformation-and-the-need
  9. Murphy, G., Dawson, C. A., Huston, C., Ballantyne, L., Barrett, E., Cowman, C. S., Fitzsimons, C., Maher, J., Ryan, K. M., & Greene, C. M. (2023). Lost in the mall again: A preregistered replication and extension of Loftus & Pickrell (1995). Memory, 31(6), 818–830. doi:10.1080/09658211.2023.2198327
  10. Andrews, B., & Brewin, C. R. (2024). Lost in the Mall? Interrogating judgements of false memory. Applied Cognitive Psychology, 38(6), e70012. doi:10.1002/acp.70012
  11. Wade, K. A., Riesthuis, P., Bücken, C., Otgaar, H., & Loftus, E. F. (2025). Still lost in the mall: False memories happen and that's what matters. Applied Cognitive Psychology, 39(1), e70028. doi:10.1002/acp.70028
  12. Szojka, Z. A., Block, S., & La Rooy, D. (2025). Is it time to leave the shopping mall behind? Measurement flaws, plausibility, and external validity of false memory research. Applied Cognitive Psychology, 39(3), e70083. doi:10.1002/acp.70083
  13. Andrews, B., & Brewin, C. R. People likely aren't as susceptible to false memories as researchers thought. Scientific American, 333(1). www.scientificamerican.com/article/people-likely-arent-as-susceptible-to-false-memories-as-researchers-thought/